9 подвигов Сена Аесли - книга первая - Подвиг 3 - стр. 5

Тотктонада и «Момент» истины

     Темно было абсолютно.
     «Научились делать темно, - восхитился про себя один из Браунингов, - можем, когда захотим! Пора.»
     Другой из Браунингов <Извините, что не указываем, кто из Браунингов чем занимался - уж очень было темно, авторы не разобрались> превратился в слух, применив несложное, но очень полезное заклинание для прослушивания сводки астральных новостей, которому его научил ректор Лужж. Следователь-слух разобрал следующие звуки:
     - шорох штанов, которые пытаются оторваться от стула (4 шт.)
     - кряхтение (1 шт.)
     - сдержанные ругательства (более десятка)
     - возглас «Тьма поглотила ненавистный город!» (1шт.)
     - скрип чего-то отвинчиваемого (1 шт.)
     - звук чего-то выдвигаемого (1 шт.)
     - тяжелый тупой удар - предположительно тяжелым тупым предметом по тяжелому тупому предмету (1шт.)
     - возглас «Да будет свет!» (1 шт.)

***

     И тут стал свет. (см. illustr_05.jpg) Да так внезапно, что Браунинг, который превращался в слух, еле успел превратиться назад. Теперь стоило превратиться в зрение - зрелище того стоило. На широком лбу премьер-министра красовалась огромная квадратная шишка. Глаза Квадрита часто и бессмысленно мигали.
     «Недоглядел, - огорчился Браунинг, - все-таки треснули Квадрита...»
     И тут все заговорили одновременно.
     - Уже всё? - спросил Гаттер.
     - Это что? - воскликнул Пейджер.
     - Ну и ну, - сказал Аесли.
     - Всем оставаться на своих местах, - распорядился Тотктонада.
     Все послушно остались на своих местах. Премьер перестал мигать и судорожно вздохнул.
     - Вот оно, значит, как бывает, - всхлипнул он, - отдаешь, значит, всего себя служению обществу, а общество тебя, значит,...
     Браунинг отметил, как быстро голос Квадрита из жалобного переходит в обвиняющий, и понял, что пора вмешаться:
     - Господин премьер-министр! Никто не мог вас ударить...
     Но Тетраль прервал его властным жестом.
     - Я сам так думал еще пять минут назад. Я думал, что меня окружают честные, благородные маги. Да, я давно подозревал своих министров в коварстве, но до последнего момента отказывался в это верить. И вот он - момент истины. Я принципиально против жестких мер, но вскрывшиеся чрезвычайные обстоятельства вынуждают меня прибегнуть к тому, против чего я. Я объявляю о раскрытии заговора, отмене выборов, введении военного положения и аресте заговорщиков - Дика Гаттера, Грега Аесли и Брэда Пейджера.
     Присутствующие потеряли дар речи. Все, кроме Бальбо Рюкзачини.
     - Это возмутительно! - пискнул он. - «Прибегнуть к тому, против чего я». Когда же наконец власти перестанут коверкать великий и могучий английский язык?
     - Постойте! - пришел в себя Браунинг. - Никто не мог вас ударить не потому, что они благородные маги, а потому что они приклеенные маги.
     - В смысле? - опешил Квадрит.
     - Здесь все приклеены к стульям.
     - Как приклеены?
     - Попами, - объяснил Браунинг. - Прошу вас, господа, попробуйте подняться...
     И тут следователь осознал, что влип. Не вклеился, а именно влип. Себя-то он приклеивать не стал, и теперь все подозрения падут на него! И даже если Браунингу удастся оправдаться, за время, которое на это уйдет, настоящий преступник успеет замести следы. Какой позор, не оправдал доверия Тотктонады...
     Браунингу стало совсем худо. Тотктонада ведь тоже не приклеен! Это что же, он еще и собственного начальника подставил?
     - Уважаемый Браунинг, и долго нам стоять в позе прыгунов с трамплина? - раздался голос Тотктонады.
     Сыщик поднял глаза на стоящего в указанной позе Тотктонаду и попытался встать. Ножки стула оторвались от пола.
     Тотктонада слегка оттянул рукав и показал Браунингу тюбик клея «Момент».

МакКанарейкл и силы быстрого реагирования (2 шт.)

     После того, как МакКанарейкл, Амели и Порри заклинаниями Люмус, Хемолюминесцентус и Два-Ампера-Сорок-Ватт осветили помещение, удалось найти включатель. Как и следовало ожидать, включатель оказался в противоположном углу от выключателя и был обозначен надписью «Это не включатель, не беспокойтесь, поищите где-нибудь в другом месте».
     Надо ли говорить, что Сен из острого чувства тупого упрямства тут же рванул рубильник. Все экраны озарились мягким болотным светом и глубокий русалочий голос произнес:
     - Энергопитание Министерства восстановлено. Проходит плановая проверка цепей.
     - Восстановлено? - переспросил Порри, сворачивая свои Два-Ампера-Сорок-Ватт. - Почему восстановлено?
     - Потому что после полного отключения подстанции Силы, - отозвалась невидимая русалка, - энергопитание всегда приходится восстанавливать.
     - Ой, смотрите! - крикнула Амели. - Ухогорлоносики!
     И действительно, на одном из заработавших экранов виднелся вольер ухгорлоносов.
     - А это кто? - нахмурилась Мергиона. - И что они делают со зверушками?
     Мисс МакКанарейкл крепко, но литературно выругалась. Амели ахнула. Сен тоже ахнул, но не просто ахнул, а нунчаками по столу. Порри схватил друга за руки и заорал:
     - Они же их воруют!
     Точнее сказать было невозможно. Непонятно кто «они», в маскировочных масках, которые полностью скрывали туловище, деловито укладывали ухогорлоносов в корзины.
     - Вот оно, преступление, которое не сможет раскрыть и предотвратить Браунинг! - закричал Аесли, вырываясь из рук товарища. - Потому что его раскрыли мы! Значит, мы должны его предотвратить!
     Сен саданул ногой по какой-то кнопке. Из динамиков хлынула какофония - это безобидные звукозаписывающие существа в трогательной попытке напугать похитителей выуживали из своей памяти самые страшные, по их мнению, угрозы:
     - Немедленно извинитесь, сержант! - Сударь, вы невежа, а козел! - Где платок? - Равнение напра-, нале-, на все четыре сторо-ны! - Выйдите из ступы и положите руки на капот! - Растрата! Под товарищеский трибунал пойдешь! - Почему до сих пор не готов квартальный отчет, я вас спрашиваю?
     Самые отважные пытались улизнуть, но, получив по носу или ушам, взвизгивали и затихали.
     - Я больше не могу это видеть! - воскликнула Мерги и бросилась к дверям.
     - Я больше не могу это держать! - воскликнул Порри и отлетел в угол, отброшенный очередным благородным порывом друга.
     Профессор МакКанарейкл попыталась одним движением ухватить и Мергиону, и Сена, но удержать одновременно две силы быстрого реагирования ей не удалось. Юная ниндзя проскользнула в дверь в тот момент, когда Аесли грохнулся оземь, запутанный густым Стоять-Бояться.
     - Срочно свяжитесь с Браунингом или Тотктонадой! - прокричала мисс Сью, бросаясь в погоню за Мергионой. - Никуда не уходите! Вернусь - убью!
     Сначала впереди еще мелькало стремительное рыжее пятно, но уже через два поворота МакКанарейкл поняла, что безнадежно отстала.
     «Эх, - подумала она, - а я ведь уже не девочка. И не девушка. По мудловским меркам я даже не старушка. Оно и чувствуется: тяжесть какая-то непонятная, поясницу ломит... Что это у меня?»
     Мисс Сьюзан обернулась. В полутора метрах сзади, привязанный к поясу преподавательницы надежным заклятием Стоять-Бояться, волочился Сен Аесли.

Тетраль Квадрит и заговор пятерых

     На лице Квадрита мелькнуло смятение. Приклеивание заговорщиков попами к стульям делало стройную и убедительную теорию заговора неубедительной, а заявление о введении военного положения - каким-то дурацким.
     Впрочем, не менее обескураженным был и Браунинг. «Это, конечно, здорово, что Тотктонада смазал клеем мой стул... кстати, когда он успел? А, помню, когда я побежал проверять, что там хлопнуло, а это оказался Ромуальд с его штуковиной. Но когда Тотктонада приклеил себя? До того, как погас свет, или после? А что, если он в темноте подошел к Тетралю, хлобыстнул его по лбу, вернулся на место и только потом приклеился?»
     По всему выходило, что покушение на премьера совершил именно Тотктонада, а Браунинг стал его невольным соучастником. Надо срочно что-то придумать.
     Но первым придумал Тетраль.
     - Жалкие отговорки> - рявкнул он. - Любой маг может поднять и опустить кирпич простейшим заклинанием!
     - Ах да, забыл упомянуть, - спохватился Браунинг. - Кирпич тоже приклеен.
     Квадрит сверкнул глазами на кирпич. Запахло паленым, но увесистый сувенир не сдвинулся с места.
     - Это измена! - провозгласил премьер. - Меня могли ударить... Да хоть стулом!
     - Стулья тоже приклеены! - не сдавался следователь. - Ко всем присутствующим. На вас ничем и никто не мог покуситься.
     «Кроме Тотктонады», - мысленно добавил он.
     - Так говорите, никто не мог, уважаемый Браунинг? - пропел Тетраль. - Ну так я вас сейчас разочарую.
     На мгновение сыщику показалось, что премьер-министр подслушал его мысли и сейчас обвинит Тотктонаду. Но Квадрит размашистым шагом двинулся к шторе.
     Стул волочился за ним, как тормозной парашют за реактивным драконом.
     - Я сейчас все объясню, - торопливо произнес пастор. - За шторой...
     Тетраль ухмыльнулся и резким движением сорвал штору.
     - ...никого нет, - пробормотал Браунинг, то ли завершая мысль, то ли комментируя увиденное. За шторой действительно никого не было. Сотни тысяч прильнувших к экранам колдозрителей увидели только широкое окно неправильной формы, за окном - потертую стену и мусорные бачки, которые, заметив, что их показывают, приветливо захлопали крышками.
     «А где же я?» - растерянно подумал пастор.
     - А где же вы? - растерянно спросил Квадрит.
     - Я - вот он, - сказал сыщик, успокаиваясь. - А там была преследующая меня галлюцинация, я уже о ней говорил.
     «Ай да я! - восхитился Браунинг. - В смысле, второй я. Но как я, то есть он, ухитрился улизнуть из-за шторы, если все астральные выходы перекрыты?.. А, понятно! Он, то есть я, сделал это, когда на минуту погас свет и отключились все защитные системы. Интересно, куда меня понесло?»
     Следователь взглянул на Тотктонаду и увидел, что тот вовсе не удивлен исчезновением второго Браунинга. Глава Департамента Безопасности, прищурившись, смотрел на премьер-министра. Если бы сыщик не знал своего начальника так хорошо, он мог бы поклясться, что Тотктонада чуть-чуть встревожен.
     Браунинг перевел взгляд на премьера и понял, что тревожиться есть из-за чего. Лицо Квадрита покрыли лиловые пятна, он тяжело дышал и сжимал злосчастную штору так сильно, словно хотел задушить. Да, конфуз вышел знатный - оказаться перед магами всей Британии с квадратной шишкой на лбу, оборванной шторой в руке и приклеенным сзади стулом! А если к этому добавить безосновательное обвинение конкурентов в заговоре и публичное признание в том, что тебе мерещатся чужие галлюцинации!
     Тетраль был загнан в угол. И, как всякий загнанный в угол премьер-министр, опасен вдвойне.
     Браунинг начал потихоньку отрывать брюки от стула, готовясь к худшему, и тут глава магического государства сделал такое, что даже у видавших виды политиков Гаттера и Аесли глаза один за другим полезли на лоб.
     - Соотечественники! - высоким, как рейтинг российского президента, голосом произнес Квадрит. - Братья и сестры!
     Министры с удивлением посмотрели друг на друга, но премьер обращался не к ним, а к колдозрителям.
     - Я был не прав, - Квадрит медленно направился к столу. - Я ошибся. Приношу извинения за то, что обвинил в заговоре Грега Аесли, Дика Гаттера и Брэда Пейджера. Я ввел в заблуждение сотни тысяч магов нашей страны...
     «Да он сам себя хоронит! - поразился Браунинг. - Это же политическое самоубийство! Может, это и есть предсказанное преступление? Хотя нет, самоубийство не преступление...»
     Сыщик снова покосился на Тотктонаду. Министра безопасности извинения Квадрита почему-то ни капли не успокоили. Продолжая внимательно следить за премьером, Тотктонада плавно провел рукой вокруг своего сидения и протянул Браунингу небольшой зеленый тюбик.
     - «Антимомент», - шепнул он. - Или вы предпочтете, чтобы стул прикрывал вам спину в бою?
     «В каком бою?» - хотел удивиться Браунинг, но не успел.
     - ...Конечно же, трое наших неопытных и наивных политиков не могли устроить против меня заговор. - сказал Тетраль, усаживаясь. - Отключить системы безопасности, совершить преступление, вернуться на место, которое сообщник уже покрыл клеем... Слишком сложно, сами они не могли такое придумать. Заговорщиков было больше.
     «Вот как он повернул», - охнул Браунинг.
     - Не сомневаюсь, здесь не обошлось без специалиста по тайным операциям, нашего серого министра Тотктонады...
     «Вполне вероятно», - подумал Браунинг.
     - ...и нашего тишайшего отца Браунинга: хитроумная афера с приклеиванием вполне в его духе.
     «Что за бред!» - возмутился сыщик.
     - Но, как говорится, следствие разберется. Все, господа заговорщики, заканчиваем это дешевое шоу! - провозгласил премьер-министр и нажал большую красную кнопку «Вызов охраны из коридора сюда в кабинет срочно».
     Все затаили дыхание. Во-первых, ожидая, что сейчас загрохочут кованые сапоги, и злые, как веселые черти, оборотни в погонах ворвутся внутрь. Во-вторых, резонно предполагая, что при этом будет применено слезоточивое заклинание Крутые-тоже-плачут.
     Ничего не произошло.
     - Ромуальд! - возопил Тетраль.
     - Да тута я, тута, чего раскричались, - сказал Ромуальд, выбираясь из угла со срезанным куском красного провода.
     - Шоу маст гоу он <Show must go on - шоу должно продолжаться (англ.)>, - блеснул знанием иностранного Бальбо.

Ромуальд и чистосердечное признание

     - И ты, Ромуальд! - застонал Тетраль. - После того как я пригрел тебя у себя на груди...
     - Не было этого! - запротестовал домовой.
     Квадрит спрятал лицо в платок, а когда отнял его, снова выглядел мудрым, спокойным и уверенным главой государства.
     - Я недооценил масштаб заговора. Вы все заодно. Единственное, что мне пока неясно, какая роль в этой истории отводится нашему уважаемому писателю.
     - Роль писателя в истории, - мечтательно повторил Бальбо.
     - Впрочем, это неважно. Через десять минут прямой эфир закончится, и ментодеры, следуя инструкции, все равно войдут сюда. Можете использовать оставшееся вам время для чистосердечного признания, которое, возможно, облегчит вашу если не участь, то совесть.
     Но Тотктонада и Браунинг ни участь, ни совесть облегчать и не подумали, а использовали оставшееся время более практично. Отделившись с помощью «Антимомента» от сидений, они взяли Ромуальда под белы рученьки и усадили на освободившийся стул.
     - А скажи-ка нам, Ромуальд, - произнес Тотктонада, - мог ты поднять вон тот кирпич и ударить своего барина по голове?
     - А то! - приосанился домовой. - Я парень не слабый!
     - Один сознался, - удовлетворенно констатировал Тетраль Квадрит. - Продолжайте, Тотктонада, у вас хорошо получается.
     - Постойте, - сказал Браунинг, - он сказал, что просто мог ударить. Ромуальд, ты бил барина?
     - Да разве ж его побьешь? - возмутился Ромуальд. - Вон какой лось! Это он меня колотит, что ни день то каленым железом приложит, то горячей смолой ошпарит...
     Квадрит побагровел.
     - Да вы не только заговорщики, а еще и никуда негодные специалисты! Разве это допрос? Разве так мерзавцев раскалывают? Учитесь, пока на свободе.
     Премьер припер секретаря к спинке стула стальным взглядом и прорычал:
     - Ромка! В бараний рог согну и над камином повешу! А ну признавайся, живо!
     - Не виноват я, вашбродь, - заканючил домовой, - гном попутал! А ежели и виноват в чем, то не я это, а подговорили меня, охмурили, с панталыку сбили...
     - Кто подговорил? Грег Аесли?
     - Он, он, змей! Его бейте, не меня!
     Грег Аесли поднял одну бровь, потом вторую, и, наконец, не сдержавшись, вытаращил глаза. А Квадрит продолжал раскалывать Ромуальда:
     - Кто еще? Брэд Пейджер?
     - Он, он! Застращал меня, кулаками грозился!
     Брэд Пейджер недоуменно звякнул мускулом о мускул.
     - Всех называй, Ромка! Дик Гаттер?
     - А то! Как он три раза через плечо плюнул, тут я и сомлел!
     Дик Гаттер плюнул через плечо, целясь в Ромуальда, но не попал.
     Тетраль Квадрит начал обводить победным взглядом конкурентов, но тут вмешался Браунинг:
     - Еще кто? - быстро спросил он. - Тетраль Квадрит?
     - И этот тоже! - охотно согласился Ромуальд. - Энтот-то самый главный у них, заводила...
     Премьер увял.
     - ...А сам я об этом деле ни сном, ни духом, - закончил признание домовой.
     - Что, неувязочка вышла, господин заводила? - нехорошо усмехнулся Тотктонада, передавая «Антимомент» Брэду Пейджеру. - Отдохните пока, а продолжит пусть отец Браунинг. Мне кажется, ему уже есть что сказать.
     «Все-то он знает», - подумал Браунинг. По ходу допроса у следователя действительно начала выстраиваться некая версия, правда до конца он ее не развил, ну да ладно.
     - Будем логичны...
     - Давно пора, - кивнул Аесли, принимая «Антимомент» у Пейджера.
     - Кто-то ударил премьер-министра кирпичом по лбу. Это факт. Но чего злоумышленник пытался этим достичь? С первого взгляда видно, насколько твердолоб... в своих убеждениях уважаемый Тетраль. Кирпичом его не прошибешь. И, напомню еще раз, кирпич крепко приклеен.
     - Бессмыслица получается, - сказал Гаттер, старательно водя зеленым тюбиком вокруг сидения.
     - Причем абсолютная, - согласился Браунинг. - Но, тем не менее, след на лбу премьера неопровержимо указывает на кирпич как на орудие преступления. Итак, что мы имеем? Премьера все-таки стукнули кирпичом - это раз. Кирпич был приклеен - это два... два... два...
     - Заело? - предположил Пейджер.
     - Рифму ищет, - догадался Бальбо. - Пожалуйста. Судьба, борьба, молотьба, черта-с-два. Обращайтесь к профессионалам.
     - Два кирпича! - закричал сыщик.
     - Белый стих? Как банально, - фыркнул Бальбо и уткнулся в свои бумажки.
     - Да ведь у премьера два кирпича! Второй, из Пизанской башни, в столе! И достать его не мог никто, кроме самого Тетраля! Он сам на себя покусился!
     Стало очень тихо. Рюкзачини поднял голову.
     - Покусился? Это просто. Прослезился, удавился, застрелился. В крайнем случае, защемился.

Сен Аесли и несколько обстоятельств


     В первые секунды боя никто из похитителей ухогорлоносов ничего не понял. А если понял, то никому об этом не расскажет. А если начнет рассказывать, то будет сильно заикаться.
     - Эх, держите меня трое, двое не удержат! - прозвучало над головами злодеев в масках, когда они запихали в корзины почти половину неуклюжих зверюг.
     Если кто-то из замаскированных надеялся, что сейчас на него обрушится мощное боевое заклинание времен Гражданской Войны на ведьм, то был разочарован мощным боевым ударом в челюсть. Мергиона Пейджер, которая уже четыре месяца никого всерьез не колотила, для начала прыгнула под потолок и пронеслась по головам воров. Затем она ловким броском переправила одного из них в кучу других и опрокинула ближайшую корзину. Ухогорлоносы, радостно бормоча сотней голосов «Зарплата! Зарплата!», бросились врассыпную.
     Но на этом эффект неожиданности себя исчерпал. Уцелевшие после первого натиска Мергионы бойцы в масках разом выхватили длинные металлические волшебные палочки.
     Если бы на месте Мерги оказался опытный боевой маг, он бы в доли секунды накрыл противников магиегасительным пологом или, в крайнем случае, прикрылся индивидуальной Сферой Фигвамера. И это было бы последним в жизни боевым действием опытного мага.
     К счастью, Мергиона Пейджер навыками боевой магии не владела. Поэтому она, не сбрасывая начальной скорости, понеслась к выходу.
     Вдогонку ей оглушительно загрохотало, а над головой засвистели... пули!
     «Какого черта! - думала она на бегу, инстинктивно стараясь занимать как можно меньше места в пространстве. - Это же не волшебные палочки, это же мудловские автоматы! Это "Стерлинги!"» <«Стерлинг» - британский пистолет-пулемет, появившийся в конце Второй мировой войны. Как ни странно, наиболее похожи на волшебные палочки именно британские автоматы>
     Тут-то Мерги и пожалела, что слишком много общалась с Тринити, которая научила ее бегать по стенам, но игнорировала Нео, который был задавака, зато мог показать, как останавливать пули.
     Выскочив из вольера, девочка прижалась к стене и осмотрела себя с ног до головы. К удивлению Мергионы, дырок от пуль в ней не оказалось.
     «Не умеют метко стрелять», - поняла она и озабоченно потерла переносицу. Несмотря на юный возраст, она хорошо знала, что даже плохо стреляющие автоматчики обладают несомненным преимуществом перед одиночными ниндзя.
     - Без глупостей! - приказали сзади.
     Мерги без всяких глупостей подпрыгнула, но уже в развороте осмотрелась и успела не врезать пяткой в лоб своему декану мисс МакКанарейкл. Аесли, которому повезло меньше, потрогал челюсть, убедился, что жизненно важные зубы не задеты, и заметил:
     - Надо было сказать «С глупостями». Может быть, тогда из чувства противоречия... Они что, в тебя стреляли? За Мергиону!
     Мисс Сьюзан успела перехватить Сена на полпути к дверному проему, который мальчик собирался героически закрыть своим телом.
     - Странно, - процедила она, оттаскивая Аесли за ноги, - он уже почти успокоился, я даже заклинание сняла, чтобы его на себе не тащить... Значит так, Мерги, держи своего отважного друга, а я гляну на наших гостей.
     Мергиона получила из рук преподавательницы дергающиеся пятки Аесли и перебросила его себе за спину. МакКанарейкл рукавом потерла стену вольера, проделав в ней небольшое одностороннее окно с прекрасным видом на противника.
     Несколько похитителей, потирая отбитые Мергионой места, уже взялись за корзины с ухогорлоносами. Остальные, держа вход на прицеле, пятились к дальнему концу вольера, где пульсировала арка с надписью: «Вход только зарегистрированным пользователям». Над надписью тревожно мерцал баннер, который приглашал «жать сюда!»
     - Портал, - прокомментировала мисс Сьюзан, нанизывая на невидимую нить десяток сверкающих огненных шаров. - Не понимаю, как они смогли. Пробить туннель в защите Министерства - это вам не... не... Короче, это да! Даже Югорус не смог бы. Ладно, потом разберемся. Ну, держитесь!
     Сен не стал разбираться, кто должен держаться - они с Мергионой или ребята с автоматами. Он и так на одной железной воле держался и не бросался на штурм целых 48 секунд, совершив тем самым свой очередной подвиг <Если вы думаете, что сдерживать себя в захватывающий момент - не подвиг, прямо сейчас закройте книгу и не открывайте ее в течение 48 секунд>.
     Но даже у железной воли есть предел прочности. Сен энергично брыкнулся и с криком «Держите меня!» ринулся в атаку.
     Впоследствии Аесли многократно анализировал эту ситуацию и пришел к выводу, что от неминуемой и глупой гибели его спасло несколько обстоятельств.
     1. Слепая удача.
     2. Крик «Держите меня!». Услышав его, похитители подумали, что это снова девочка-ниндзя, и принялись палить под потолок.
     3. Неизвестный ухогорлонос, о которого Сен споткнулся и полетел головой в пустую корзину.
     4. Нечеловеческое везение.
     5. Профессор МакКанарейкл, возникшая в дверях с воплем «Вот она я!» и дюжиной отборных, хотя и не до конца разрешенных заклятий.
     6. Появившаяся следом Мергиона с нунчаками, сбившая левый фланг противника с толку, а правый - с ног.
     7. Необъяснимое стечение обстоятельств.
     8. Камеры слежения, над которыми неожиданно вспыхнули яркие огоньки.
     9. Динамики громкой связи, из которых вдруг грянуло «Вы арестованы!».

Порри Гаттеp и Амели Пулен

     Порри усиленно думал. Он схватил голову за волосы и потаскал ее из стороны в сторону. Стало больно, но все равно непонятно. Мальчик вздохнул и пожаловался Амели:
     - Ничего в голову не приходит. Тут нужно проанализировать ситуацию... Эх, жаль Сена здесь нет! Амели оглянулась на те разрушения, которые Сен совершил, пока здесь был.
     - А что нужно-то? - спросила она.
     - Нужно понять, как всю эту красоту, - Порри кивнул на экран, показывающий похищение ухогорлоносов, - передать в кабинет премьер-министра. Или ментодерам, которые его охраняют. Короче, кому-нибудь, кто пришел бы и навел шороху на этих гадов.
     - А просто позвонить им нельзя?
     - Мы тут немножечко... - Гаттер смутился, - перестарались, пока схему искали. Короче, теперь нельзя.
     Из динамиков раздался звонкий боевой клич: «Держите меня...» и еще что-то неразборчивое.
     - Кажется, - сказала Амели, - кто-нибудь уже пришел и наводит шорох.
     - Оно, конечно, так... Смотри! Это автоматы! По Мерги стреляют!
     - Ой, мамочка!
     Гаттер бросился к проводам.
     - Надо срочно найти кабель, по которому идет картинка из вольера, и соединить его с кабелем, который идет на экраны!
     - На какие экраны?
     - Да на любые экраны! Лишь бы их увидели!
     - Тогда можно соединить их с любым кабелем, правильно?
     - С любым? Ну да... Но найти кабель из вольера...
     - Слушай, Гаттер, а ты можешь соединить все кабели вместе? А они пусть там сами разбираются!
     Порри бросил взгляд на Амели, на монитор, который показывал отступающих к порталу похитителей, и решился. Острым, как заклинание Бритважиллетт, заклинанием Редхотчилипеппер он рубанул провода и сунул оборванные концы в зубы.
     Картинка на мониторе стала меняться с калейдоскопической скоростью - к счастью, беззвучно. Порри, не отрывая взгляда, принялся один за другим выплевывать провода. Через десять секунд он добился того, что на одной половине экранов шла битва в вольере, куда как раз врывался Аесли, а на другой - прямая трансляция из кабинета Квадрита. Там было весело, хотя и не так, как в вольере.
     - Ну! - прорычал Гаттер. - Смотрите! Бегите! Там же Сена пристрелят!
     И мальчик заскрежетал зубами. Это привело к тому, что на всех мониторах остался вольер, зато звук пошел - но не из вольера, а из кабинета премьера.
     - «...вы арестованы!» - прогремели динамики голосом Тотктонады.

Браунинг, Адвокатус и Браунинг

     Бальбо Рюкзачини в душе был скромным писателем. Конечно, он надеялся, что литература влияет на жизнь, но веских доказательств тому до сих пор не получал. А вот сейчас, хотя совсем на это не рассчитывал, получил.
     Стоило Бальбо произнести слово «защемился», как плавное течение жизни резко ускорилось. Тетраль Квадрит левой рукой картинно схватился за сердце, а правой - рванул ящик стола. Брэд Пейджер вскочил в боевую позицию «Отражение неизвестной угрозы». Грег Аесли щелкнул пальцами, на которых загорелись опасные оранжевые огоньки. Дик Гаттер соорудил Сферу Фигвамера, причем не пожадничал, прикрыв и Брэда с Грегом. Ромуальд просто рокировался со стулом, на котором сидел.
     Отец Браунинг и Тотктонада, как две большие черные... простите, одна большая черная и одна большая серая птицы, налетели на Квадрита. Сыщик схватил премьера за левую руку, а Тотктонада резко задвинул ящик стола, прищемив магическому лидеру правую руку.
     Тетраль взвыл. Рейтинг трансляции побил мировой рекорд.
     - И вправду защемился, - завороженно произнес Бальбо. - Все-таки нет ничего сильнее художественного слова.
     Оказалось, что есть. Совсем нехудожественные слова и выражения, которые выдал Квадрит, пока его оттаскивали от стола, оказались настолько сильными, что бла-бла-бла зависло и пришлось применить специальное антиушисворачивающее заклинание.
     Тотктонада обездвижил Тетраля стандартной служебной пентаграммой, а Браунинг извлек из стола второй кирпич с отчетливым отпечатком премьерского лба и черный квадратик.
     - Кумулятивное заклинание затемнения, - определил следователь. - Редкая вещь. Очевидно, Тетраль собирался его использовать в конце передачи, но темнота наступила сама и раньше.
     - Думаете, победили? - прохрипел развенчанный лидер нации. - Вы еще не видели моего Адвокатуса!
     При слове «Адвокатус» министры нервно переглянулись. Угроза была нешуточной. Улик против Квадрита хватало, но что такое улики для Адвокатуса, дьявольского создания, который завтракал вещественными доказательствами, обедал свидетельскими показаниями, а ужинал процессуальными ошибками при задержании?
     - Адвокатус вам не поможет, Квадрит.
     «Ну наконец-то, - перевел дух отец Браунинг. - А то я уже начал волноваться».
     В распахнутых дверях стоял второй отец Браунинг. За его спиной с трудом сдерживали смех оборотни в погонах, которые по достоинству оценили третий подряд приход одного и того же следователя <Как известно всем юмористам, даже самая слабая шутка заметно усиливается, если ее повторить трижды>.
     В кабинете началось замешательство. Теперь, когда два одинаковых сыщика были ясно видны и слышны, слово «галлюцинация», а вслед за ним страшное слово «отставка» прозвучали в голове каждого из министров.
     - Спокойно, - поднял руку Браунинг у стола, - это со мной. Это мой человек, он работает под прикрытием. Я ему доверяю как самому себе.
     Браунинг в дверях хмыкнул, но тему развивать не стал, а повторил:
     - Адвокатус гражданину Квадриту не поможет.
     - Почему вы в этом уверены? - спросил Грег Аесли, первым приходя в себя. - Хороший адвокатус - это...
     - Чур меня, чур! - воскликнул Дик Гаттер.
     - ...Точнее не скажешь, - согласился Грег. - У вас есть какое-то совершенно неопровержимое доказательство?
     - У меня есть кое-что получше, - произнес сыщик. - Когда уважаемый Тотктонада сказал, что преступник, кто бы он ни был, понесет наказание, я понял, где искать разгадку. При первой же возможности я отправился к предсказателю Гудвину и потребовал дать прогноз на наказания, которые ждут вас в будущем. Результаты получились прелюбопытные - шансы угодить за решетку есть у всех присутствующих.
     Лица всех присутствующих вытянулись.
     - Кроме Бальбо, - добавил Браунинг.
     - Как всегда, - горько сказал писатель. - Одним - все, другим - ничего.
     - Вот какие цифры мне выдал мистер Гудвин. Вероятность успешного судебного преследования Бальбо Рюкзачини - 0%, Тотктонады - 1%, Грега Аесли - 2%, Дика Гаттера - 3%, Брэда Пейджера - 9%...
     - Вот как? - обронил Брэд и о чем-то задумался.
     - ...Ромуальда - 25%...
     - Не виноват я! - выкрикнул домовой из-под стула. - Да и не я это!
     - ...и, наконец, Тетраль Квадрит. Тут звезды, карты, свечки и кофейная гуща оказались единодушны: 120 лет в Безмозглоне по статьям «Клевета», «Использование служебного положения не по назначению» и «Попытка государственного переворота». Вероятность 100,0%.
     - Все это очень интересно, - скучно произнес Бальбо, - но до конца эфира осталось 20 секунд. Так что если кто-то хочет подвести итог нашему круглому столу, прошу.
     Тотктонада кивнул и неожиданно громким и звучным голосом подвел итог
     - Тетраль Квадрит, вы арестованы!

Сен Аесли и Бальбо Рюкзачини

     К счастью для Бальбо, Сен получил хорошую дозу расслабляющего заклинания Теплоемолоко, поэтому жизни и здоровью литератора сейчас ничего не угрожало. Дочитав свиток до конца, Аесли смог лишь посмотреть в глаза незваному летописцу и спросить:
     - А хоть слово правды здесь есть? Нет, не «художественной», а просто правды? Истины? Объективной реальности, данной нам в ощущениях? Не вранья?..
     - Сунь... - встрял Бальбо, почти не обидевшись.
     - Не Сунь, а Сен.
     - Извини, Свен. Здесь все правда от первого до последнего слова.
     - Посмотрим, какое у нас последнее слово. «Героический Суин ничего не смог мне сказать, только украдкой смахнул слезинку с глаз». Это с чьих глаз я смахнул слезинку?
     - Со своих! - Бальбо смотрел так честно, что Аесли засомневался: а вдруг он и вправду что-то такое смахивал?
     На всякий случай Сен перебрал в памяти все, что произошло после включения динамиков с голосом Тотктонады: паническое бегство похитителей, успевших прихватить одного зазевавшегося ухогорлоноса; отчаянный нырок в портал МакКанарейкл и Мергионы; его собственная попытка сигануть туда же, пресеченная твердой рукой возникшего рядом отца, прыжок в портал обоих Браунингов, Брэда Пейджера и Дика Гаттера; три бесконечные минуты ожидания, за которые он научился считать по-китайски, по-турецки и по-белорусски (последнее оказалось наиболее умиротворяющим); возвращение великолепной шестерки с похрюкивающим от счастья ухогорлоносом...
     - Да не смахивал я никаких слезинок, тем более украдкой! Ты бы лучше написал как Канарейка с Мерги автоматчиков раскидали и ухогорлоноса спасли! Вот кто герои!
     - Женщины - герои? - фыркнул Бальбо. - Нет, Сенок, это фантастика. К тому же ни одного злодея они так и не поймали. И вообще, не спорь! Твой подвиг показывали по всем новостям, а как эти дамочки кого-то там спасали, никто не знает.
     - Зато все теперь узнают, как Браунинг бился с Квадритом. «Мощным апперкотом ловкий и стройный следователь перебросил крупного, накачанного стероидными заклятиями премьера через шкаф»! Это Браунинг-то! Тетраля! Через шкаф!
     - Тебя там не было, - наконец решил обидеться Бальбо, - а я был!
     - Да вся магическая Британия видела, как в кабинет вошли ментодеры и надели на Квадрита наручники и наножники! <И, по требованию Дика Гаттера, наголовники - после инцидента с кирпичом голову Квадрита сбрасывать со счетов не стоило> Без всяких апперкотов!
     Бальбо посопел, но потом посветлел лицом:
     - Ты все-таки гений! Конечно, Брумелинг не мог мощным апперкотом... Нужно так: «Сделав вид, что мощный апперкот следователя настиг его, Квадрант захрипел и повалился на бок. Внимательно всмотревшись в перекошенное лицо Тетраэдра, Бревенинг повернулся к двери. "Врача!" - позвал он. "Не торопись! - рассмеялся за его спиной злодей. - Вряд ли тебе поможет лучший из врачей!" В ту же секунду в руке Квадропулоса блеснуло отравленное заклинание Циан-банан. Казалось, ничто не может спасти следователя, но тут... Как часто история должна благодарить не великих героев, а их скромных неприметных союзников! "Не бывать тому!" - воскликнул Бобо, о котором соперники забыли в пылу схватки. Собрав в свой крохотный кулачок всю отведенную ему природой ярость, малыш...»
     - «...мощным апперкотом перебросил премьера через шкаф!» - завершил Сен, еле ворочая языком: очень трудно говорить и хохотать одновременно.
     - Ну да, - согласился пресс-секретарь, - так действительно лучше.
     Сен не возразил - от смеха он не мог выговорить ни слова и только вытирал слезы.
     - «Героический Суин ничего не смог мне сказать, - торжественно зачитал Бальбо, - только украдкой смахнул слезинку с глаз».

<< Подвиг 3 - стр. 4 Оглавление    Подвиг 4 >>


Сайт построен на системе проецирования сайтов NoCMS PHP v1.0.2
При использовании материалов сайта ссылка на первоисточник обязательна.