Глава 31. Девять против трехсот

– Ну, если это все, что может поведать Великий Маг, – ехидно сказала МакКанарейкл, – то у нас есть отличный повод заняться «традиционным бессмысленным времяпровождением».
– Веселитесь-веселитесь, – произнес Бубльгум. – Теперь на вашей улице праздник. Как раз и шуты балаганные прилетели.
– В смысле? – не понял Браунинг.
– Да вон, – бывший ректор кивнул на окно, – летающая тарелка.
Все присутствующие, кроме связанных ментодеров, разом повернулись к окну.
– Да нет там никакой… – начал Лужж, но осекся. – А где Бубльгум#?
– Сбежал, – констатировал очевидное Развнедел. – Через свой ход. Теперь лови его. А я с обеда не жрамши.
– Найдется, – махнула рукой МакКанарейкл, – куда он денется. Югорус, поставьте, пожалуйста, мудлонепроницаемый щит вокруг Первертса.
– И вокруг столовой! – предложил Развнедел. – Есть захочет – завтра же объявится.
Но лжеволшебник объявился куда раньше.
Профессура не успела еще как следует посовещаться (Порри вспомнил о гномьем референдуме), как стены кабинета задрожали, пошли мелкими трещинами и… рассыпались в мелкий щебень.
– Эти гномы, – возмутился Лужж, откашливаясь от поднятой пыли, – добрались уже и до главного корпуса! Какого Мордевольта! У них ведь должен был быть выходной!
– Не-а! – донеслось из пылевого облака. – Мы сегодня сверхурочно!
– Дождик-дождик-кап-кап-кап!   – прочла пылеприбивочное заклинание мисс Сьюзан, и воздух вновь стал прозрачным.
Все стены и перегородки между прилегающими к кабинету ректора классами и коридорами превратились в кучки обломков, на которых сгрудились несколько сотен освобожденных домовых, заключенных в маленькие зеленоватые сферы. В руках у них светились фиолетовыми огоньками малокалиберные Трубы Мордевольта.
Вперед выступил Долдон, заметно отъевшийся за последние месяцы.
– Ну что, господа бывшие, – произнес лжегном, – кончилось ваше время? Вот ужо поболтаетесь вы у меня на фонарных столбах!
– Завтра поговорим, – проворчал Югорус и небрежным жестом наслал на наглеца Сонное заклинание: – Спать-спать-по-палатам! 
Заклятье гулко ударилось о мерцающую оболочку предводителя бунтовщиков и отскочило в сторону.
– Индивидуальные сферы Фигвамера, – прокомментировал ситуацию завхоз. – Армейского образца. Пришли на склад одновременно с приказом о мобилизации, а неделю назад я их выдал под расписку.
– Кому? – спросил Порри, хотя уже догадывался об ответе.
– Ректору, – ответил Клинч и цветисто выругался.
– Наш человек! – восхитился предводитель строителей. – Так, что у нас тут по списку? Завхоза можно не обезмаживать, мочить сразу. Профессуру сначала обезмаживаем, а потом мочим. Вон того пацана не обезмаживаем и не мочим, а ведем к главному. Поехали!
И зарвавшийся самозванец взмахнул рукой.
Сразу три боевых заклинания Щас-как-дам-больно!   ударили по сфере Долдона. Оболочка заскрежетала и лопнула. А через секунду беззащитного главаря домовых прихлопнуло четвертое боевое заклинание Вот-тебе! 
– Так и действуем! – закричала мисс Сьюзи. – Я, Браунинг и Лужж раскалываем сферу, а Развнедел добивает.
Но вышло все не так. Триста лжегномов с воплем «Ду хаст михь!» бросились одновременно со всех сторон. Профессора и Порри, который решил, что сейчас не время проявлять принципиальность, только и успевали, что творить защитные и отбивающие заклинания. Фиолетовые разряды пока не попали ни в одного из волшебников, но ложились очень кучно.
Мергиона и Клинч, которых не страшили Трубы Мордевольта, бросились в ближний бой, однако домовые встретили их саперными лопатками. Надо признать, дрались эти оборванцы куда лучше, чем строили башни. Пейджер и бывший спецназовец не смогли нанести противнику существенный урон, хотя и отвлекли немного. По-настоящему полезен был только Дубль, на котором постоянно висело – без особого вреда для него самого – несколько десятков атакующих.
Аесли, залегший за упавшим чучелом Призрака Коммунизма, старательно отстреливал из отброшенного Клинчем лазерного арбалета самых наглых нападающих, но сферы Фигвамера не позволяли надолго вывести врагов из строя – подбитые лазером домовые отлетали на десяток метров назад, вскакивали и снова бросались в атаку.
Вскоре стало понятно, что численный перевес в такой битве гораздо важнее, чем индивидуальное мастерство.
– Нужно сконцентрироваться, – прокричала МакКанарейкл, орудуя палочкой, словно шпагой. – Втроем мы пробьем любую сферу!
– Не получится, нас слишком мало, – возразил Браунинг, который сдерживал первые ряды нападавших самодельным, но вполне действенным заклятием Смирение-сын-мой. 
– Знаю место, где нас слишком много! – воскликнул Лужж и исчез.
– Там еще хуже! – объяснил он, вернувшись через секунду. – Лучше драться с тремя сотнями домовых, чем с пятью тысячами ментодеров.
Слово «драться» щелкнуло в мозгу Порри и высветило сцену в Дутом переулке – он, Харлей и молотящие друг друга домовые. «Господи, как же давно это было», – подумал мальчик, набрал воздуха и заорал:
– Ромуальд! Не лезь!
– Ромуальд! Это не твое дело, понял! – с готовностью подхватили со всех сторон сотни голосов, приглушенные сферами Фигвамера. – Не лезь, Ромуальд!…
Домовые, только что наступавшие единым фронтом, яростно сцепились друг с другом. Воспользовавшись суматохой, волшебники раскололи десяток сфер и оглушили их носителей. На большее времени не хватило.
– Прекратить! – рявкнул голос, который еще вчера подбадривал Гаттера перед соревнованиями. – Какой еще Ромуальд! Вы что, не будете слушаться хозяина?
За спинами дерущегося воинства появился бывший ректор в более плотной сфере («Офицерская» – пояснил Клинч), снабженной переговорным устройством.
– Какого хозяина? – удивился Сен. – У освобожденных домовых нет хозяев!
– Ты почти прав, друг моего юного друга, – сказал Бубльгум, ожидая, пока его войско наведет порядок в рядах. – Но это бывшие освобожденные домовые. И сейчас вся их бывшая свобода вот у меня где!
Колдун в отставке гордо поднял над головой полиэтиленовый пакет, наполненный поношенными носками, чулками и прочими атрибутами вольной жизни.
– Вы воровали носки? – с отвращением проговорила мисс Сьюзан.
– Об этом после, – улыбнулся ее бывший начальник. – А пока я хотел бы обсудить условия капитуляции.
– Мы готовы гарантировать вам, – тут же ответил Лужж, – постоянный уход в Безмозглоне до конца вашей жизни.
– Вы не поняли, профессор, – Бубльгум был по-прежнему обаятелен. – Речь идет о вашей капитуляции. Мои верные домовые раздавят вас, это вопрос времени. Все прочие маги собраны в Зале Трансцендентальных Откровений, который вы любезно расширили. Кстати, насколько я помню, заклинание было временным?
– Я совсем забыл! – прошептал Югорус. – В полночь…
– …зал вернется в свои прежние размеры, – закончил за него бывший ректор, – и попросту раздавит сто тысяч бывших магов!
– Вам это так просто не сойдет! – возмутился Лужж.
– Это вам не сойдет, – парировал Бубльгум, – любой деревенский знахарь найдет на заклинании, расплющившем столько народу, отпечатки ваших астральных пальцев. А если вы прямо сейчас броситесь спасать сто тысяч, здесь погибнет всего несколько человек, но очень для вас важных. Приняв же мое предложение, вы спасете и тех, и других. У вас есть две минуты на раздумья.
Экс-маг вежливо поклонился и снова скрылся за спинами своих бойцов.
– Он прав, – едва не плакал декан Слезайблинна, – я мог бы перенести все сто тысяч хоть в Гренландию. Но ведь время, время! Пока я буду там копаться…
– А если мы будем копаться вдвоем? – спросил Браунинг.
Приободрившийся Лужж просительно глянул на МакКанарейкл:
– Вы продержитесь пять минут?
– Поспешите! – взревела мисс Сьюзан, снова превращаясь в кошмарную тварь, на этот раз во что-то среднее между птерозавром и дюжиной сплетенных змей. – А то к вашему возвращению врагов не останется!
Пара супермагов улетучилась. В молчании прошла еще минута.
– Итак? – спросил Бубльгум. – Что скажете, любезный Югорус?
– Одну секунду! – попытался выиграть время Сен. – Профессор в трансе.
– Секунда прошла! – ответил бывший ректор. – Вперед!
Теперь обороняться стало куда труднее. Ни о каких атакующих действиях речи уже не шло. Все силы пришлось сосредоточить на обороне, которая трещала по всем магическим швам. Троица мудлов – Мерги, Клинч и Дуб – отмахивалась тоже из последних сил. Кольцо домовых опасно сжималось. Правда, у многих закончились заряды в Трубах, но саперные лопаты выглядели немногим менее опасными. В какой-то момент Порри даже выпустил Черную Руку, скомандовав ей «Взять», но взять что-либо через сферу Фигвамера оказалось невозможно, и мальчик вернул Руку в гараж.
Помощь пришла с небес. Точнее из-под потолка.
– Физкультпривет! – прозвучал сверху голос Свинчатовского. – Я тут пролетал мимо. С друзьями.
Порри, стараясь не ослаблять заклинание Все-назадус,   глянул вверх. Свинч висел в окружении двух десятков подозрительно притихших блинджеров.
Золотой шарик приветственно качнулся из стороны в сторону и благожелательно произнес:
– Думаю, вашим оппонентам тоже стоит познакомиться с большим спортом. Прошу вас, джентльмены.
«Джентльмены» радостно завопили и вонзились в гущу атакующих.
Домовые начали суматошно отмахиваться от блинджеров, то и дело попадая лопаткой в соседа. Только после того, как «в свои ворота» были забиты около пятнадцати нападавших, Бубльгум разобрался в ситуации:
– Не обращайте на них внимания! Это всего лишь мячи, они ничего вам не сделают! Вперед!
После этого вклад блинджеров в обороноспособность стал ничтожен. Затем несколько мячей получили серьезные травмы, и рассудительный Свинчатовский сыграл отбой.
Больше надеяться было не на кого.
– Где эти мужики? – взвыла Сьюзан, которая одновременно ворожила, рычала и щелкала клювом на самых наглых из домовых. – Как не надо, так отбоя от них нету! Мы не выдержим!
– Прекрасно! – воскликнул Бальбо. Он появился на развалинах кабинета незаметно от всех и теперь наслаждался зрелищем. – Это то, чего не хватало моему повествованию: борьба добра со злом врукопашную. Мистер! Мистер! Я к вам обращаюсь!
Мистер домовой, который как раз нацелил Трубу в спину МакКанарейкл, недоуменно оглянулся – и тут же был снесен налетевшим ураганом по имени Мергиона Пейджер.
– Не надо так болезненно реагировать, – обиделся летописец, – я всего лишь хотел узнать… Простите, вы мне не поможете?
Лжегном, размахнувшийся лопатой, чтобы оглушить временно беспомощного Клинча, замешкался. За это время майор утратил состояние беспомощности (стряхнул висящего на нем домового под ноги товарищам) и продемонстрировал кое-что из арсенала отряда «Лямбда Скорпиона».
– Странные ребята, – проговорил Бальбо, отслеживая траекторию полета обладателя лопаты, – неразговорчивые. Придется ощущения воина в момент смертельной схватки придумывать самому. – Все сам, все сам, – закивал головой секретарь уже несуществующей комиссии и грустно убрел прочь.
Гаттер был в отчаянии. Если бы он не разрядил в ноль свой излучатель! Правда, тогда он не успел бы расколошматить «зенитку», спрятанную под Каменным Философом… Бубльгум рассчитал все.
Вернее, Бубльгум рассчитал все, что знал, А дальнейшие события показали, что кое-что было неизвестно даже ему.
– Как ты думмммаешь, Пор-рр-ри, – услышал мальчик вкрадчивый голос, который за последнее время стал для него родным, – ты сам-ммм-м спр-ррр-ра-вишься? Или тебе нем-ммм-много помммм-мочь?
Над головой Гаттера с противным шелестом пронесся очередной обезмаживающий заряд.
– Помочь! – крикнул Порри. – Пожалуйста!
– Хор-ррр-рошо, – промурлыкал голос, – обер-ррр-рнись.
Мальчик обернулся.
На столе, не обращая внимания на горячую битву, важно лежал Кисер.

<< Глава 30     Оглавление    Глава 32 >>   


Сайт построен на системе проецирования сайтов NoCMS PHP v1.0.2
При использовании материалов сайта ссылка на первоисточник обязательна.