Глава 11

Группа агрессивно настроенных пацифистов
попыталась прорваться через кордоны…
Журпал «Коммерсант-Власть». 06.09.2004 г.

Большой Брат и Мастдай Глюкообильный штурмовали десятую дверь. Несколько раз магия иссякала, и тогда Лорд Тьмы и ректор Хоботаста возвращались из астрала в реальность, чтобы с возобновлением тока колдовской энергии вернуться к дверям и штурмовать, штурмовать, штурмовать…
Каждая новая дверь «сопротивлялась» сильнее и сильнее. Приходилось несколько раз гонять в арсенал, увеличивая дозы взрывчатки. Если первая дверь раскрылась от одного ящика тротила, то девятую союзники заставили это сделать восьмьюдесятью одним ящиком.
— Знаешь, Мастдай, — пропыхтел Большой Брат. — Мы можем натаскать сюда и сто, и двести ящиков, но если это будет не последняя дверь, то я сдамся.
Сидящий на тротиле Глюкообильный согласился — Аналогично, коллега.
Лорд Тьмы устроился рядом.
— Сейчас бы офисяночки…
— Овсян очки? — не расслышал Глюкообильный.
— Офисяночки. Каши из работников офиса… растолковал Большой Брат. — Труд сдружает, неправда ли?
— Ты тоже заметил?
— Так! Мы подозревали что-то подобное! — из темноты выступила Гобли Малфой. — У вас, Мастдай, давненько харизма в пушку… А тут и вовсе непотребство! Сговор с Bpaгoм! И кто изменник? Ректор прославленного Хоботаста! И с кем снюхался? С Лордом Тьмы, злобным мультируким многоногом, поправшим законы демократии и гражданского общества!
Сотрудница ПИПО буравила ректора Хоботаста пламенным взглядом.
— Дочка, доченька… — успокаивающе проговорил Мастдай, туша маленькие фаербольчики. — Ты это, глазки-то пригаси. Тут взрывчатка кругом все-таки…
Гобли немного остыла.
— Вот и славненько, — тихо сказал ректор.
— Нет, не славненько! — прорычал Большой Брат несколькими ртами. — Нахальная деваха обругала меня, словно она мне ровня. Эй, фифочка! Отныне я буду называть тебя стремянкой!
Гобли горделиво улыбнулась
— Потому что я такая высокая и стройная?
— Нет, потому что ты такая стремная!
— Ах ты, бурдюк на ножках! Ребята, арестуйте этого вражину!
На свет, излучаемый лампами, принесенными Мастдаем, выбежали Кобылинс, Стульч и рота спецназовцев. Вообще-то, коридор расширялся с каждой дверью, и возле десятой его ширина достигла трехметров. Но все равно образовалась давка мешали ящики с тротилом.
Бойцы «Эльфы» оттеснили пищащего гнома под кентавра, а кентавра прижали к стене. Защелкали предохранители автоматов.
— Не стрелять! — скомандовала Гобли Малфой.
Здесь взрывчатка!
— А гранатами можно? — спросил самый умный спецназовец.
— Рукопашная! — плотоядно облизнулся многими языками Лорд Тьмы, обнажая четыре верных сабли.
Мультирук превратился в адский кухонный комбайн. Сабли вертелись с умопомрачительной скоростью, разя или хотя бы заставляя отступать спецназовцев. Трое бойцов проскользнули вдоль стен и пошли на главу Хоботаста.
Мастдай улыбнулся он вспомнил ученика Беню Спайдермана. «Дурной пример заразителен», — усмехнулся про себя ректор и, оттолкнувшись от пола, с неожиданным для своих лет проворством побежал по стене. Ему наперерез прыгнула Гобли Малфой. Оба приземлились за линией фронта «Лорд Тьмы против роты спецназа».
— Сэмо-хунгио джеккичаниум!!! — выкрикнул заклинание Мастдай, превращаясь в коренастого бойца кунфу и нападая на девушку.
— Джетлирриус!!! — отпарировала Гобли.
— Чон-юн-фатум! — изменил стиль ректор.
— Чакнорриссимо! — ужесточила тактику спецназовка.
— Брюсливер!
— Стивен-сигаллиум!
— Кличко-бразерс!!! — сымпровизировал Мастдай.
— Ван-дамус! — опрометчиво выкрикнула Малфой.
Это была ошибка Жан Клод, конечно, симпатичный мужик, и растяжка у него о-го-го, но…
Получив вдумчивый хук, Гобли пролетела метров пять по восхитительно крутой дуге, прочертила еще пару метров по полу и остановилась, подперев головой дверь номер десять. Надо подчеркнуть, подперев со всего размаху.
— Ой, девочка… Что же ты… Эх… — захлопотал Глюкообильный, подбежав к неподвижно лежащей «эльфийке».
Доблесть и напор Большого Брата спровоцировали в рядах спецназа легкое замешательство, переходящее в полное помешательство. Но парни не ударили в грязь лицом, они быстро опомнились, сменили тактику. Теперь они медленно отступали, изредка парируя удары сабель и стараясь контратаковать. Иногда им удавалось ненадолго остановить кровавый комбайн по имени Большой Брат его отвлекали проскочившие в тыл. Тогда он непринужденно ускорял работу клинков, раздавая удары во все стороны, и оборона «Эльфы» давала очередную трещину.
Затаившиеся Стульч и Кобылинс переждали атаку Лорда Тьмы, а потом приблизились к Мастдаю, оказывавшему первую помощь Гобли.
— Что с ней? — робко спросил Кобылинс.
— Умирает, — честно ответил Глюкообильный. — А жить будет? — ни к селу, ни к городу влез Стульч.
Кобылинс стеганул коллегу конским хвостом. Мастдай приступил к реанимационным мероприятиям. Сердце Малфой слабо стучало.
Через какое-то время к двери вернулся довольный император Зла — у него закончились враги. Он был трижды ранен, но несерьезно.
Утомившийся Большой Брат плюхнулся прямо на пол.
Когда вышеописанный бой только назревал, Харри Проглоттер вырыл чуть ли не котлован, с досады вложив в заклятие больше мощи, чем требуется. Затем друид благословил его путь в открывшийся лаз, сказал
— Ты готов, малыш. Я чувствую это, как муха чувствует удар газеты по голове. Сила с тобой. Ты, я гляжу, не так давно начал ее запасать… Знаешь ли ты, что она перетекает в священный амулет, который ты носишь в левом внутреннем кармане, у самого сердца? Мощь твоя и твоего амулета разобьет врагов мира. Я не прощаюсь. До встречи, малец, царство тебе небесное…
Проглоттер скрылся в туннеле. За ним — Лохкарт. Последней в подземелье впорхнула прятавшаяся до сих пор Ольга. Она мысленно напевала вагнеровский «Полет валькирий».
Друид не соврал. Харри чувствовал прилив энергии. Плечи мага расправлялись, сутулая спина выпрямлялась, глаза уже не нуждались в проклятых очках. Сощурившись, Проглоттер видел ауры предметов, свою, Лохкарта и мыши… Ордер Феликса сиял особенно ярко, словно кто-то раздул мировой пожар на зависть всем буржуям…
Все сомнения и страхи испарились. Харри, разрывавшийся между верой в суеверия и желанием на кого-нибудь наорать, успокоился, обрел сверхуверенность.
Амадеус фон Лохкарт с летучей мышью на плече бессловесной тенью следовал за учеником. Преподаватель наблюдал, как во мраке все ярче светится новый Воин Света, Воды и Газа.
Воин Света, Воды и Газа… Этот титул дается раз в эпоху тому, кто обретает мощь трех стихий. Могучий боец, вошедший в сие благословенное состояние, способен свернуть горы, выиграть выборы и даже поднять Экономику — тяжелейшего инфернального зверя, склонного Падать, разрушаться и стагнировать.
«Мастдай послал меня охранять юношу, — думал Амадеус, — но нынче Харри сам кого угодно охранит. А ведь иду за ним исключительно из любопытства…»
Кроме Лохкарта за Проглоттером теперь шествовали два неприметных призрака в штатском.
Процессия миновала девять развороченных дверей, израненных «эльфовцев», ящики с тротилом и остановилась перед десятой дверью.
Лорд Тьмы, Мастдай, Кобылинс и Стульч изобразили подобие немой сцены из бессмертной комедии.Ревизор».
— О, Харри! Ты научился вызывать волшебных защитников?! — проговорил удивленный Большой Брат.
— Не защитников, а полузащитников, — сказал Проглоттер.
— А какая разница? — растерялся Лорд Тьмы.
— Они играют от нападения, — пояснил Харри. Арестуйте его.
Привидения подошли к императору, сунули ему под нос красные книжечки.
— Пройдемте, гражданин.
— Куда?
— Здесь вопросы задает он, — призраки указали на Проглоттера.
— Ха-ха! Магия иссякла! — Большой Брат смотрел на исчезающие из коридора тела раненых. — Всем пока!
 

<< Глава 10     Оглавление    Глава 12 >>   


Сайт построен на системе проецирования сайтов NoCMS PHP v1.0.2
При использовании материалов сайта ссылка на первоисточник обязательна.