Глава 8 - Ликующий Снейп

   Гарри не мог пошевелиться. Он лежал под плащом-невидимкой, чувствуя, как кровь, горячая и влажная, растекается из его носа по лицу, и слушая голоса и шаги в коридоре позади. Его очередная мысль была о том, что кто-нибудь наверняка проверит купе до отбытия поезда. Но сразу же в голову пришла удручающая мысль о том, что даже если кто-нибудь посмотрит в купе, его в любом случае никто не увидит и не услышит. Он мог только надеяться на то, что кто-нибудь пройдется по купе и наступит на него.
   Гарри еще никогда не испытывал такой большой ненависти к Малфою, чем сейчас, когда он лежал здесь, подобно нелепой черепахе на спине, и кровь противно стекала прямо в открытый рот. В какое нелепое положение втянул он сам себя... и теперь звук последних шагов исчезал вдалеке; все проходили снаружи вдоль темной платформы; он мог слышать скрип бревен и тихий шепот разговоров.
   Рон и Гермиона подумали, что Гарри покинул поезд без них. Только когда они прибыли в Хогвартс и заняли свои места в Большом Зале, несколько раз окинув взглядом стол Гриффиндора, они поняли, что Гарри здесь не было, и он, без сомнения, должен был быть на полпути в Лондон.
   Гарри попробовал издать звук, даже хрюкнуть, но это оказалось невозможно. Тогда он вспомнил, что некоторые волшебники, вроде Дамблдора, могли создавать заклинания без слов. Поэтому он попробовал призвать свою волшебную палочку, которая выпала из его руки, раз за разом мысленно произнося - Ассио волшебная палочка!, - но ничего не происходило. Он думал, что он сможет услышать шелест деревьев, которые окружали озеро, и удаленное уханье совы, но не было ни единого намека на то, что его ищут поиски и даже (он немного презирал сам себя за эту мысль) взволнованных голосов, удивляющихся, куда пропал Гарри Поттер. Чувство безысходности начало переполнять его, как только он представил себе конвой карет с тестралами в упряжи, которые подъезжают к школе, и приглушенные вопли смеха, доносящиеся из кареты, в которой едет Малфой, где он наверняка рассказывает Краббу, Гойлу, Забини и Панси Паркинсон о его нападении на Гарри Поттера.
   Поезд дернулся, заставляя Гарри перекатиться в другой угол купе. Теперь он упирался взглядом не в потолок, а в пыльный пол под сидениями. Пол завибрировал, так как двигатель поезда начал работать. Экспресс отходил от станции, и никто не знал, что он до сих пор находится на нем.
   Тогда он почувствовал, как его Плащ-невидимка слетел с него, и услышал голос сверху:
   - Здорово, Гарри!
   Произошла вспышка красного света, и тело Гарри ожило; он смог принять более удобное сидячее положение, торопливо вытер ладошкой кровь с разбитого лица и обратил взор на Тонкс, которая держала плащ-невидимку, только что сдернутый ею с Гарри.
   - Нам бы следовало убираться отсюда поскорее, Гарри, - сказала Тонкс. Окна поезда, который продолжал отбывать, затянуло дымом. - Давай, мы спрыгнем.
   Гарри поспешил за ней в коридор. Она открыла дверь поезда и выпрыгнула на платформу, которая, казалось, ехала под ними, в то время как поезд стоял на месте. Он последовал за ней, немного пошатываясь при приземлении, и выпрямился вовремя, чтобы увидеть, как блестящий алый паровой локомотив набирает скорость, поворачивает за угол и исчезает из вида.
   Холодный ночной воздух успокаивал его пульсирующий от боли нос. Тонкс смотрела на него; он был зол на самого себе из-за того, что был найден в таком дурацком положении. Молодая женщина тихо отдала ему плащ-невидимку.
   - Кто это сделал?
   - Драко Малфой, - сказал Гарри с горечью.- Спасибо за... хорошо...
   - Без проблем, - сказала Тонкс без тени насмешки. Как Гарри мог разглядеть в темноте, она была с волосами мышиного цвета и в целом выглядела так же плачевно, как и в тот раз, когда он встретил ее в Норе.
   - Я могу вылечить твой нос, если ты будешь стоять спокойно.
   Гарри не очень понравилась эта идея; он намеревался посетить мадам Помфри, медсестру, которая внушала больше доверия, когда дело доходило до использования Лечащих чар. Но было бы весьма грубо сказать это Тонкс, поэтому он закрыл глаза и стал неподвижно.
   - Эписки (Episkey), - произнесла Тонкс.
   Нос Гарри был горячим, но потом стал очень холодным. Он поднял руку и крайне осторожно его ощупал. Было, похоже, что он был вылечен.
   - Большое спасибо!
   - Тебе бы следовало надеть обратно этот плащ, и мы сможем пойти в школу, - сказала Тонкс, продолжая оставаться серьезной. Как только Гарри накинул плащ на себя, она взмахнула волшебной палочкой; огромное серебристое существо с четырьмя ногами появилось из нее и метнулось в темноту.
   - Это был Патронус? - спросил Гарри, который как-то видел, как Дамблдор посылал сообщения таким способом.
   - Да, я посылаю сообщение в замок, что ты со мной, иначе они будут волноваться. Поторапливайся, нам не следует зря тратить время.
   Они направились к дороге, что ведет в школу.
   - Как ты меня нашла?
   - Я заметила, что ты не покинул поезд, а также я знала, что у тебя есть этот плащ. Я подумала, что ты мог спрятаться по какой-либо причине. Когда я увидела, что шторки в этом купе не задернуты, я решила, что мне стоит его проверить.
   - Но, так или иначе, что ты здесь делаешь? - спросил Гарри.
   - На данный момент я занимаю пост в Хогсмиде, дабы предоставить школе дополнительную защиту, - сказала Тонкс.
   - Здесь только ты, или...?
   - Нет, Прудфут, Саваж и Довлиш тоже находятся здесь.
   - Довлиш, это тот самый аврор, которого Дамблдор атаковал в прошлом году?
   - Ты совершенно прав.
   Они шли в темноте по дороге, следуя свежим следам, оставленным колесами карет. Гарри смотрел на Тонкс сбоку из-под плаща. В прошлом году она была любознательна (даже надоедлива порой), она была смешлива, она шутила. Сейчас она казалась старше, намного серьезней и целеустремленней. Было ли это следствием того, что произошло в министерстве? Он неловко размышлял о том, что Гермиона предложила бы ему сказать что-нибудь утешительное о Сириусе, что это совершенно не ее ошибка, но он должен превозмочь себя, дабы сделать это. Он был далек от того, чтобы обвинять ее в смерти Сириуса; это была не более ее ошибка, чем чья-нибудь еще (и намного меньшая, чем его собственная). Но он не любил говорить о Сириусе, если не мог этого избежать. И так они шли через холод ночи в тишине, и длинная мантия Тонкс шелестела, волочась по земле...
   Всегда проделывая этот путь в карете, Гарри никогда раньше не думал о том, как Хогвартс далеко от станции Хогсмида. С огромным облегчением он в конце концов увидел высокие колонны с обеих сторон ворот, каждая из которых была увенчана крылатым кабаном. Ему было холодно, он был голоден и очень хотел оставить эту, не похожую на себя, мрачную Тонкс, позади. Но когда Гарри положил руку, дабы открыть ворота, он увидел, что они заперты.
   - Алохомора! - сказал он уверенно, указывая волшебной палочкой на замочную скважину, но ничего не произошло.
   - Это заклинание не воздействует на них, - сказала Тонкс. - Сам Дамблдор заколдовал их.
   Гарри огляделся.
   - Я могу перелезть через стену,- предложил он.
   - Нет, не сможешь, - категорично заявила Тонкс.- На них наложены Противопроникающие черные чары. Безопасность была улучшена в сто раз за это лето.
   - Тогда хорошо,- сказал Гарри, начиная раздражаться из-за недостатка любезности с ее стороны. - Я предполагаю, что мне придется спать прямо здесь и ждать утра.
   - Кто-то спускается вниз за тобой, - сказала Тонкс. - Смотри.
   Волшебный фонарь покачивался от шагов человека, идущего со стороны замка. Гарри был так доволен его увидеть, он чувствовал, что сможет даже вынести хриплые осуждения Филча с его медлительностью и разглагольствованиями насчет того, что прилежание учеников можно улучшить путем применения тисков для больших пальцев. Так продолжалось до тех пор, пока желтый свет не приблизился к ним на расстояние 10 футов. Гарри снял плащ-невидимку, дабы быть видимым, и тут же с ощущением неприязни узнал во владельце изогнутого крючковатого носа и черных жирных волос, Северуса Снейпа.
   - Так, так, так, - презрительно усмехнулся Снейп, доставая волшебную палочку и дотрагиваясь ей до замочной скважины, так что цепи раздвинулись, и ворота со скрипом открылись. - Как мило с вашей стороны, что вы вернулись, Поттер, хотя вы, верно, решили, что ношение школьных мантий умаляют вашу привлекательность.
   - Я не мог переодеться, у меня нет моей..., - начал, было, Гарри, но Снейп перебил его.
   - Нет нужды ждать, Нимфадора, Поттер находится... хм... в безопасности в моих руках.
   - Я жду пока Хагрид получит сообщение, - хмуро сказала Тонкс.
   - Хагрид опоздал на церемонию начала обучения, прямо как Поттер, поэтому я позабочусь о нем вместо Хагрида, - сказал Снейп, стоя спиной, чтобы Гарри мог пройти. - Я заинтересовался твоим новым Патронусом.
   Он закрыл ворота перед ее лицом с громким лязгом и снова постучал по цепям своей палочкой, и они скользнули, гремя, на свое место.
   - Я думаю, тебе следовало бы оставить старого, - сказал Снейп, злоба в его голосе была очевидна. - Новый выглядит хило.
   Поскольку Снейп качнул фонарем, Гарри мимолетом увидел выражение шока и злости на лице Тонкс. Потом оно опять покрылось тьмой.
   - Спокойной ночи,- сказал ей Гарри через плечо, поскольку он вместе со Снейпом уже направлялся к школе. - Спасибо за... все.
   - До скорого, Гарри.
   Снейп хранил молчание минуту, или около того. Гарри чувствовал, будто его тело излучало волны ненависти так сильно, что Снейп мог чувствовать, как они испепеляют его. Он возненавидел Снейпа с их первой встречи, но Снейп навсегда и бесповоротно поставил себя в положение, из-за которого ему нет прощения за то, как тот относился к Сириусу. Что бы ни говорил Дамблдор, у Гарри было время подумать об этом летом, и он пришел к выводу, что ехидные замечания Снейпа в адрес Сириуса о том, что тот отсиживается в безопасности, в то время, как члены Ордена Феникса сражались с Волдемортом, были, возможно, преобладающей причиной того, что Сириус примчался в Министерство в ту ночь, когда он умер. Гарри цеплялся за это мнение, так как оно позволяло обвинять Снейпа, который был удовлетворен смертью Сириуса, и еще потому, что он знал всех, кто не сожалел о смерти Сириуса, и одним из этих людей был тот, кто сейчас шагал рядом с ним в темноте.
   - Полсотни баллов с Гриффиндора за опоздание, - сказал Снейп. - И, позволь заметить, еще 20 за твое маггловское одеяние. Ты знаешь, я не помню ни одного факультета, который проявил бы себя так плохо на самых началах семестра. Мы даже еще не начали есть пудинг. Ты, должно быть, поставил рекорд, Поттер.
   Неистовство и ненависть бурлили внутри Гарри, было похоже, что он сейчас дойдет до белого каления, но пусть он лучше будет отправлен обратно в Лондон, чем скажет Снейпу почему он опоздал.
   - Я полагаю, Поттер, что ты хочешь войти? - продолжил Снейп. - И без летающей машины вы решили, что решение вломиться в Большой Зал прямо в середине церемонии произведет драматический эффект?
   Гарри с виду был спокоен, в то время как его грудь, казалось, вот-вот была готова взорваться. Он знал, что Снейп пришел, чтобы наказать его, и как всегда, в те минуты, когда он мог нервировать и мучать Гарри со знанием того, что никто иной не услышит этого.
   Они, наконец, достигли ступеней замка, и величественные передние дубовые двери распахнулись, пропуская их в обширный зал, увешанный флагами. Взрыв смеха, болтовни, звона тарелок и стаканов приветствую их перед открытыми дверьми, ведущими в Большой Зал. Гарри захотел надеть плащ-невидимку, и таким образом достичь своего места за гриффиндорским столом (который, к сожалению, был самым далеким от входа) будучи незамеченным. Снейп будто читал его мысли. Он сказал:
   - Без плаща. Ты можешь идти так, чтобы все видели тебя, ты этого хочешь сам, я в этом уверен.
   Гарри сдвинулся с места и зашагал через открытые двери. Это был хоть какой-то способ, чтобы уйти от Снейпа подальше. Большой Зал, с его четырьмя длинными столами факультетов, столом учителей и рабочего персонала в самом верху помещения, был украшен, как обычно, летающими свечами, которые заставляли тарелки снизу пылать и блестеть. Все это было, словно слабая дымка для Гарри, который шел так быстро, что уже проходил мимо стола Хаффлпаффа, когда некоторые ученики начали пялиться на него. И к тому времени, когда они встали, дабы хорошенько его оглядеть, он подошел к Рону и Гермионе и сел на скамейку между ними.
   - Где ты был, чтоб мне провалиться, что ты сделал со своим лицом? - сказал Рон, таращась на него со всеми остальными учениками по соседству.
   - А что со мной не так? - сказал Гарри, хватая ложку и косясь на него с искаженным лицом.
   - Ты весь в крови! - сказала Гермиона. - Подожди...
   - Она взмахнула своей волшебной палочкой, сказав Тергео, и очистила его от запекшейся крови.
   - Спасибо, - сказал Гарри, чувствуя, что теперь у него чистое лицо. - Как выглядит мой нос?
   - Нормально выглядит, - сказала Гермиона резко.- Что с ним должно быть? Гарри, что произошло? Мы были так испуганы!
   - Я скажу вам попозже, - быстро ответил Гарри. Он ощущал, что Джинни, Невилл, Дин и Симус слушают их разговор; даже Почти Безголовый Ник, привидение Гриффиндора, летал вдоль лавки, чтобы подслушать их разговор.
   - Но... - сказала Гермиона.
   - Не сейчас, Гермиона! - сказал Гарри многозначительным голосом. Он надеялся, что все решат, что он был втянут в нечто героическое, предпочтительно приукрашенное чем-либо вроде парочки Пожирателей Смерти и дементором. Конечно, Малфой уже распространил свою историю так широко, как он мог, но всегда оставалась надежда, что эта байка не дойдет до ушей большинства гриффиндорцев.
   Он увидел около Рона несколько куриных ножек и немного жареной картошки, но они исчезли до того, как он взял их, заменившись на пудинг.
   - Ты пропустил сортировку, - сказала Гермиона, в то время как Рон принялся за шоколадные пирожные.
   - Шляпа сказала что-нибудь интересное? - спросил Гарри, беря кусок пирога с начинкой из патоки.
   - На самом деле в основном все то же... советовала нам всем объединиться перед лицом врагов. Ну ты знаешь...
   - Дамблдор упоминал Волдеморта?
   - Еще нет, но он же всегда бережет свою подходящую к событиям речь к концу церемонии, ведь так? Значит, ждать осталось немного.
   - Снейп сказал, что Хагрид опоздал на церемонию...
   - Ты видел Снейпа? Каким образом? - промямлил Рон с полным ртом пирожных.
   - Да так. Столкнулся с ним, - уклончиво сказал Гарри.
   - Хагрид опоздал только на несколько минут, - сказала Гермиона. - Смотри, он махает тебе, Гарри.
   Гарри взглянул на стол преподавателей и улыбнулся Хагриду, который также приветствовал его. Хагрид никогда не мог управлять своими эмоциями так, как это делала с достоинством профессор МакГонагалл, декан Гриффиндора, макушка головы которой находилась где-то между локтем и плечом Хагрида, так как они сидели рядом, и которая неодобрительно смотрела на полное энтузиазма приветствие великана. Гарри был удивлен, увидев учителя предсказаний, профессора Трелони, сидевшую с другой стороны от Хагрида; она редко покидала свою комнату в башне, и Гарри никогда не видел ее на церемонии начала учебы ранее. Она выглядела как всегда: со своими блестящими бусами и влачащейся шалью, ее глаза были увеличены до невероятных размеров ее очками. Всегда воспринимая ее как мошенницу, Гарри был поражен в прошлом году, когда узнал, что это она предсказала, что Лорд Волдеморт убьет его родителей и нападет на Гарри. Знание этого заставляло его все меньше желать находиться в ее компании, но, слава богу, в этом году он бросит Предсказание. Ее огромные глаза смотрели в его направлении; он поспешно сместил свой взгляд на стол Слизерина. Драко Малфой изображал разбитие носа со смехом и аплодисментами со стороны его дружков. Гарри бросил пристальный взгляд на свой пирог с начинкой из патоки, гнев внутри него разгорался с новой силой. Он бы многое отдал за то, чтобы подраться с Малфоем один на один.
   - И что хотел профессор Слагхорн? - спросила Гермиона.
   - Он хотел узнать, что на самом деле произошло в Министерстве магии, - сказал Гарри.
   - Он и все здесь хотят это узнать, - вздохнула Гермиона. - Люди допрашивали нас об этом в поезде, не так ли, Рон?
   - О да, - протянул Рон. - Все действительно хотят знать, что произошло с - Избранным.
   - Было очень много разговоров по этому поводу даже среди призраков, - вмешался Почти Безголовый Ник, наклоняя свою практически отсеченную голову к Гарри так, что она опасно пошатнулась на его жабо. - Я понимаю авторитет Поттера; широко известно, что мы, призраки, дружелюбны. Я уверил сообщество призраков, что я не буду докучать тебе требованием информации. Я сказал им, что Гарри Поттер знает, что может положиться на меня. И я лучше умру, чем предам его доверие...
   - Это все не говорит о многом, так как ты уже мертв, - заметил Рон.
   - Опять ты. Ты показал всю чувствительность тупого топора! - сказал Почти Безголовый Ник в оскорбленном тоне, и поднялся в воздух, скользя к дальнему концу гриффиндорского стола, так как Дамблдор поднялся из-за стола.
   Болтовня и эхо смешков мгновенно прекратились.
   - Очень рад вас всех видеть! - сказал он, широко улыбаясь, а его руки широко раскрылись, как будто для того, чтобы обнять весь зал.
   - Что стало с его рукой? - прерывисто выдохнула Гермиона.
   Она была не одной, кто это заметил. Правая рука Дамблдора была почерневшей и выглядела мертвой, как и в ту ночь, когда он вызволил Гарри у Дурслей. В зале начали шушукаться; Дамблдор, все правильно поняв, чистосердечно улыбнулся и накинул пурпурно-золотистый рукав своей мантии на свою рану.
   - Совершенно не о чем беспокоится, - сказал Дамблдор. - Сейчас... привет нашим новым студентам, и добро пожаловать обратно старым! Следующий год, полный магического образования, ждет вас...
   - Его рука была в таком состоянии, в котором я ее видел этим летом, - прошептал Гарри Гермионе. - Я думал, что он ее вылечит к текущему времени, или мадам Помфри сделает это.
   - Она выглядит так, будто она отмерла, - сказала Гермиона с отвращением. - Но ведь существует совсем немного неизлечимых ранений... старые проклятия... ну или яды без противоядия...
   - ... и мистер Филч, наш смотритель, просил меня сказать, что запрещено покупать любые вещи в магазине Магические Трюки Уизли. Все, кто хочет играть в квиддич за свой факультет, должны записать свои имена главам их факультетов. Мы так же ищем нового комментатора матчей. Мы рады приветствовать нового члена преподавательского коллектива в этом году, профессора Слагхорна...
   Слагхорн встал, его лысая голова поблескивала на свету свечей, а его живот затенил стол.
   - ... Это мой бывший коллега, который согласился занять свой старый пост учителя Зельеварения...
   - Зельеварение?
   - Зельеварение?
   Это слово пронеслось по всему залу, так как люди не поняли, расслышали ли они Дамблдора правильно.
   - Зельеварение? - сказали Рон и Гермиона вместе, начиная глазеть на Гарри. - Но ты же сказал...
   - Профессор Снейп, тем временем, - сказал Дамблдор, повышая голос, чтобы перебить бормотание в зале. - Займет пост Учителя по Защите от Темных Искусств.
   - Только не это! - сказал Гарри так громко, что многие головы повернулись в его направлении. А его это не волновало; он просто разгневанно уставился на стол преподавателей. Как могли Снейпу дать работу по Защите от Темных Искусств после всего? Разве это не было широко известно многие годы, что Дамблдор не очень доверяет Снейпу, чтобы дать ему этот пост?
   - Но Гарри, ты ведь сказал, что профессор Слагхорн сбирается преподавать Защиту от Темных Искусств! - сказала Гермиона.
   - Но я действительно так думал! - ответил Гарри, напрягая мозги, чтобы вспомнить, когда Дамблдор сказал ему это, но сейчас, когда он начал думать об этом, он не мог даже вспомнить, чтобы Дамблдор когда-либо говорил ему, что Слагхорн вообще собирается преподавать.
   - Снейп, который сидел справа от Дамблдора, не встал, когда упомянули его имя; он просто лениво поднял руку, как ленивое признание аплодисментов со стороны слизеринского стола. Гарри был уверен, что увидел выражение триумфа на лице, черты которого он так ненавидел.
   - Ничего, есть в этом одна хорошая вещь, - сказал он свирепо. - Снейп уйдет к концу года.
   - К чему ты клонишь? - спросил Рон.
   - Эта работа проклята злыми чарами. Никто не продержится на ней больше года... Квирелл вообще умер, работая на этом посте... Лично я собираюсь держать мои пальцы в скрещенном состоянии за еще одну смерть...
   - Гарри! - сказала Гермиона укоризненно.
   - Он, должно быть, просто вернется на должность учителя Зельеварения в конце года, - благоразумно сказал Рон. - Этот Слагхорн возможно не захочет задерживаться здесь надолго. Моуди ведь не захотел.
   Дамблдор прочистил горло. Гарри, Рон и Гермиона были не единственными, кто разговаривал в это время; весь Большой Зал был вовлечен в жужжащее обсуждение того, что Снейп, в конце концов, достиг своей цели. Внешне равнодушный к сенсационной природе новостей, которые он только что изложил, Дамблдор больше ничего не сказал о переназначениях учительского персонала, но подождал секунду, чтобы быть уверенным, что тишина будет абсолютной, перед тем как он продолжит свою речь.
   - И теперь, так как все в этом зале знают, Лорд Волдеморт и его последователи становятся все сильнее и сильнее.
   Напряженная тишина повисла в зале, после сказанных Дамблдором слов. Гарри пялился на Малфоя. Малфой не смотрел на Дамблдора, но поднял свою вилку вместе с волшебной палочкой в воздух, будто он находит речь директора недостойной его внимания.
   - Я не могу с достоверностью сказать, насколько опасна ситуация на данный момент, а также сколько заботы о собственной безопасности каждый из нас в Хогвартсе должен применить. Защитные укрепления замка были усилены в течение этого лета, мы защитили его новыми и более мощными способами, но мы даже в этом случае не должны проявлять неосторожность, начиная с учеников и заканчивая учителями. Посему я побуждаю вас придерживаться всех ограничений безопасности, которые ваши учителя могут на вас возложить, хоть вы и можете найти их обременительными... в частности, правило, по которому вам не разрешается выходить из замка в определенное время. Я умоляю вас, если вы заметите что-нибудь подозрительное внутри или снаружи замка, немедленно сообщить о виденном члену преподавательского коллектива. Я верю, что вы будете вести себя правильно и предельно осторожно для вашей собственной безопасности, и безопасности других людей.
   Глаза Дамблдора окинули всех студентов прежде чем он улыбнулся еще раз.
   - А сейчас ваши кровати ждут вас, настолько теплые и комфортные, насколько вы можете себе представить, и я знаю, что в ваших интересах хорошо отдохнуть перед завтрашними занятиями. Посему, позвольте нам сказать вам спокойной ночи.
   С обычным оглушающим скрипящим шумом, скамьи отодвинулись, и сотни учеников начали выходить из Большого Зала по направлению к их спальням. Гарри, который никуда не спешил идти с этой таращащейся толпой, дабы не проходить рядом с Малфоем и не давать ему повода пересказывать историю с разбитым носом, тянулся позади, позволяя большинству гриффиндорцев проходить вперед. Гермиона бросилась вперед, дабы выполнять свои обязанности префекта, в роли пастушки для первоклашек, но Рон остался рядом с Гарри.
   - Что на самом деле произошло с твоим носом? - спросил он, так как они уже были позади толпы, выходящей из Большого Зала, и никто другой не мог подслушать их разговор.
   Гарри все рассказал ему. И это было признаком того, что их дружба особенно сильна, когда Рон не рассмеялся.
   - Я видел Малфоя изображающим что-то, что он делал с носом, - сказал он мрачно.
   - О да, не обращай на это внимания, - огорченно сказал Гарри. - Послушай, что он сказал до того, как обнаружил, что я был рядом...
   Гарри ожидал, что Рон будет ошеломлен хвальбами Малфоя. Но, учитывая совершенную их тупость, как Гарри не старался, он не смог впечатлить Рона.
   - Да ладно тебе, Гарри, он просто красовался перед Паркинсон... И какую это там миссию Сам-Знаешь-Кто дал ему?
   - Откуда ты знаешь, что Волдеморт не нуждается в ком-либо в Хогвартсе? Это может быть первой...
   - Я хочу, чтобы ты прекратил говорить это имя, Гарри,- сказал укоризненно голос позади их. Гарри глянул через плечо и увидел, как Хагрид качает своей головой.
   - Дамблдор использует это имя, - сказал Гарри упрямо.
   - Кнешна, ведь это ж Дамблдор, правда? - загадочно сказал Хагрид. - Дык чего ты опоздал, Гарри? Я волновался.
   - Задержался в поезде, - сказал Гарри. - А почему ты, интересно знать, опоздал?
   - Я был с Граупом, - сказал Хагрид счастливо. - Потерял счет времени, понимашь. У него теперь новый дом в горах, Дамблдор помог... это большая пещера. Он теперь намного счастливей, чем в лесу. Мы хорошенько с ним поговорили.
   - Правда? - спросил Гарри, не заботясь посмотреть на Рона; в последний раз, когда они встретили братца Хагрида, злобного гиганта с талантом вырывания деревьев с корнем, весь его лексикон состоял из пяти слов, из которых два он не мог правильно произносить.
   - Кнешна, он действительно смышленый,- гордо сказал Хагрид. - Я был эта, изумлен. Я думаю сделать из него моего помошника.
   Рон громко фыркнул, но вовремя смог притвориться, будто громко чихнул. Они сейчас стояли напротив дубовых дверей.
   - По-любому я тя утром увижу, первый урок после завтрака. Приходи пораньше, чтоб сказать привет Буку... Я говорю, Пушку...
   Подняв руку в радостном прощании, он направился из дверей в темноту. Гарри и Рон посмотрели друг на друга.
   - Ты бросил Уход за Магическими Созданиями, так ведь?
   Рон кивнул головой.
   - Да и ты вроде тоже?
   Гарри тоже кивнул.
   - И Гермиона, - сказал Рон. - Она ведь тоже бросила этот предмет?
   Гарри снова кивнул. Он даже не хотел думать о том, что точно скажет Хагрид, когда узнает, что 3 его любимчика бросили его предмет.

<< Глава 7    Оглавление    Глава 9 >>


Сайт построен на системе проецирования сайтов NoCMS PHP v1.0.2
При использовании материалов сайта ссылка на первоисточник обязательна.